кресле режиссера в телефургоне, который на языке телевизионщиков называется "Сканером", и когда зажжется красный сигнал, спокойно указывать своему помощнику, находящемуся у пульта рядом с ним: "Начинаем! Сначала первую камеру, теперь вторую, крупный план", - и так далее, в течение всех трех часов, пока они будут в эфире.
   Сэм повернулся к своей временной помощнице, которая прилежно аннотировала план, набросанный Сэмом в это утро. Она была немножко моложе Сэма, имела длинные золотисто-каштановые волосы, которые заплетала в косу, толщиной и прочностью напоминавшую корабельную цепь. Когда она быстро поворачивала голову (что случалось нередко, так как девица просто искрилась энергией), коса свистела в воздухе, как бич. Глаза были темно-карие, похожие на парочку вполне созревших лесных орехов. Отзывалась она на имя Зита и была фантастически компетентна. Ее тигровые леггинсы и как бы чуть неприлично высунутый кончик язычка дополняли общее впечатление еле сдерживаемой энергии. У Сэма не было никаких сомнений, что, если ее разозлить, она тут же превратится в бешеную дикую кошку.
   Сэм очень старался поддерживать свой режиссерский имидж на должной высоте.
   - Думаю, мы это сделаем! - крикнул он Зите издалека. - Уклон местности мал, к реке она спускается постепенно. Почва твердая. Погода стоит отличная.
   - На нее я не стала бы полагаться. - Зита засунула карандаш в свои густые волосы, используя их как пенал. - Погода здесь непредсказуема. Сегодня вечером может полить проливной дождь, и тогда почва превратится в болото. Трейлеры отдела обеспечения завязнут по самые оси.
   - Тогда обзвоним местных фермеров. Пусть будут на подхвате со своими тракторами на случай, если нам придется вытягивать машины из грязи.
   - Они потребуют платы. И, возможно, в виде виски, а не монет.
   - Это такой милый местный обычай?
   - Нет.