орили. Был там еще бродяга, которого она видела и раньше. Он стоял в некотором отдалении от трех остальных. В их разговоре он, видимо, не участвовал, а просто смотрел на другой берег реки.
   - Бродяги, головорезы, мерзавцы, - ответил Уильям Хорбери, откидывая полу плаща и показывая эфес шпаги, на который он тут же опустил руку. - Все вместе они именуются Синебородыми. Нам приходится быть очень бдительными.
   Человек с птицей на лице сказал:
   - Вам следует сделать так, чтобы все ваши друзья покинули это место. Можете положиться на слова Уильяма, в этих местах сейчас болтается множество народу, который даже выглядит и то жутко.
   - Мы могли бы просто сесть в автобус и легковушки и уехать отсюда, но ведь вы отлично знаете, что после следующего прыжка во времени мы снова окажемся в том же амфитеатре.
   Глаза в животе Уильяма широко открылись.
   - Что ж, в этом случае мы должны показать ей ту дорогу, которой воспользовались мы, чтобы уйти из этой чертовой дыры в земле! Потому что именно с этого все и началось, знаете ли. Мы были в амфитеатре, как его называют, и вдруг - ух-х-х! И мы оказались в совсем другом времени, и кое-кто даже в других телах. Такова история, которую я могу изложить вам со всеми подробностями, юная леди.
   Николь уставилась на него с недоумением.
   - Вы хотите сказать, что вы "слились" с Уильямом? Вот как этот мужчина с птицей?
   - Точно. Это, знаете ли, посильнее всяких там ночных кошмаров. Случилось это в 1908 году, вот когда. Мы с моей невестой приехали к этому амфитеатру на велосипедах, чтобы поцеловаться и потаскаться. Айви Маршалл ее звали и у нее были длинные черные как вороново крыло волосы, такие длинные, что опускались до колен, когда она их распускала. Впрочем, не в них дело. Мы были...
   - Ш-ш-ш. - Уильям прижал пальцы к губам. Одновременно он схватился за эфес шпаги и