ем сиденье, повернулась назад и укрепила через грудь изумленного викария висевший рядом с ним ремень.
   - Когда захотите освободиться, нажмите покрепче вон на ту кнопку. О'кей?
   - О'кей! Очень даже о'кей!
   - Как здорово изменилась местность, - сказала Зита, усаживаясь на своем месте. - Исчезли все эти противные опоры линии высоковольтных передач.
   - А погляди на поля, - отозвался Сэм. - Ты видишь, какие они маленькие?
   - Зато сколько живых изгородей и деревьев. Как будто в другую страну попали.
   Выехав на шоссе, Сэм довел скорость до шестидесяти миль. Он ожидал, что дорога окажется в плохом состоянии, но если она была средним образчиком для девятнадцатого века, то можно сказать, что она очень даже ничего. Правда, никакого разделения на полосы, да и выпуклости профиля тоже не наблюдалось. Дорога представляла собой широкую ровную полосу ярко-белого цвета. Вероятно, покрытием служила крошка известняка, прокатанная так, что образовалась твердая и ровная поверхность. Глядя в зеркало заднего обзора, Сэм видел, что его колеса поднимают огромные клубы белой пыли. Для тех, кто смотрел со стороны, зрелище напоминало бы выброс облака пара из хвостовой части машины.
   Сэм тщательно следил за дорогой. На ней было не так уж много поворотов, но у некоторых закругления были очень малого радиуса. Она явно строилась только в расчете на пешеходов и на гужевой транспорт, а не для "ровера" 1999 года, который на прямой мог развивать скорость до ста миль и требовал дорожных условий последней четверти двадцатого века.
   Точно как в сороковых годах, на дороге была уйма конского навоза. Большие и толстые шины "ровера" частенько издавали хлюпающие звуки, проезжая по отдельным участкам шоссе.
   Руки и плечи Сэма уже основательно болели от напряжения и от необходимости крепко держать руль. Сэм видел, как поворачивались вслед