в наших силах. Но воля родителей священна. - Она пожала плечами, видно, что-то в ее поведении ей самой не очень нравилось. - У меня не хватило смелости.
   Со стороны центра города донесся звон церковных часов. Два удара. Сэм поглядел вдоль улицы, где взад и вперед ходили прохожие. Сэм удивился, заметив, что многие из них хромают. Много было и людей с такими кривыми ногами, что они выгибались, как тонкие бамбуковые прутики. Сэма и Зиту поразила девочка лет пятнадцати, одетая непривычно пестро для этого времени. У девочки было такое сильное косоглазие, что один глаз смотрел прямо на левую сторону носа.
   Косоглазие, кривые ноги, рахит. Те виды заболеваний, которые полностью изжиты человечеством после Второй мировой войны применением витаминных добавок и косметической хирургией. Теперь же Сэм видел, что почти каждый пятый прохожий носил на себе отпечаток какого-либо заболевания или был заметно деформирован. Это был век, когда искривление костей или бельмо на глазу просто не излечивались. Так и приходилось всю жизнь ходить косоглазым или хромым. Сэм заметил двух женщин с розовой сморщенной кожей на шее и лице - бесспорно, следствие ожогов, полученных от того, что их ночные рубашки когда-то вспыхнули от пламени лампы или свечи. Разве не читал Сэм где-то, что в девятнадцатом веке от ожогов умирало больше детей, чем суммарно от других заболеваний?
   Несмотря на вирусы, террористов и растущую скорость автомобилей, 1999 год показался ему сейчас не таким уж противным местом для обитания.
   - Что ж, - сказал наконец Сэм. - Придется вернуться к нашей дороге в будущее, что проходит через амфитеатр.
   - Почему бы и нет, - вздохнула Зита. - Лично я собираюсь встать на колени перед Карсвеллом и униженно молить его о стаканчике бренди.
   - И в самом деле, почему бы и нет? - Сэм двинулся к машине, чувствуя себя грязным, несчастным