ет наш дом, пока не завершим перевооружение.
   Среди присутствовавших большинство составляли те, кто совершил первый прыжок во времени из 1999 года. Они теперь тоже превратились в аборигенов, прожив и проработав в Кастертоне 1865 года семь месяцев. Они смотрели на легковые машины, на фургончик мороженщика и на туристический автобус с таким удивлением, будто видели их впервые. Некоторые из них с большим недоверием отнеслись к плану, который им кратко обрисовал Карсвелл. Возражений хватало.
   Сначала поднял руку мужчина с седыми волосами:
   - Почему бы нам не уйти отсюда и не переждать, пока все это кончится?
   Карсвелл вздохнул. Его раздражало то, что он называл врожденным идиотизмом.
   - Неужели я должен объяснять все с самого начала? Дороги занесены. Отсюда нам выбраться так же трудно, как если бы мы оказались на необитаемом острове.
   Какая-то женщина покачала головой.
   - Но как мы можем остановить этих варваров? Мы слышали, что их могут оказаться тысячи.
   - Вероятно, не больше двух тысяч. Это максимум.
   - Но вы же сказали, что нас будут две-три сотни! Тех, кто будет сражаться! Тогда это чистое самоубийство.
   Сэм видел, как сжимаются кулаки Карсвелла, когда он попробовал обуздать обуревавший его гнев.
   - Дорогая леди. В 480 году до Р.Х. в Греции отряд из четырехсот спартанцев успешно сдерживал целую персидскую армию из нескольких сотен тысяч человек.
   - Нечего вам учить меня, мистер Карсвелл. - У леди был вид типичной учительницы. - При Фермопилах спартанцы задержали вторжение персов всего на несколько дней. Но они были отлично обученными бойцами. Впрочем, они все до единого полегли в бою. И каким образом, во имя Божие, вы осмеливаетесь предположить, что горсточка горожан из Кастертона сможет уничтожить этих варваров, когда те обрушатся на город?
   - Я никогда и не предполагал,