ужился двуствольным дробовиком. Он не сказал, зачем явился, но Сэм надеялся, что целью его прихода было намерение нанести как можно больший урон Синебородым, а не себе или кому-нибудь из горожан и солдат, которые подготавливали сейчас машины, стоявшие по всей площадке.
   На какой-то момент Сэм пожалел, что перевооружение мирных машин в боевые закончилось. Пока все стучали молотками, пилили, связывали и занимались полезным делом в ярко освещенном помещении амбара, они как бы укрепляли свою веру в то, что они готовятся к отпору тому, что на самом деле никогда не наступит.
   И оно все же наступило.
   Час "Ч".
   Это была единственная линия защиты Кастертона против орд Синебородых. Линия, признаться, хрупкая. Линия, которая здесь, на автостоянке, окруженной несколькими сотнями акров заснеженных полей и пастбищ, выглядела крайне убого.
   Сэм позволил себе не спеша обвести взглядом эту коллекцию машин. Он увидел автобус с неуклюжими "крыльями", на которых были укреплены направляющие стволы ракет, тускло сверкавшие медно-желтым отливом в дневном свете. Карсвелл решил, что автобус заслуживает собственного имени, и приказал Зите написать на его борту черными крупными буквами слова "Дитя Грома". Стоял там и "рейндж-ровер", тоже с "крыльями". На крыше фургончика мороженщика установили пушку, которая даже в 1865 году почиталась за антиквариат. У стены Гостевого центра протянулась линия частных легковых машин. Это и была армия Карсвелла, предназначенная для проведения операции "Отмщение на колесах". Название такое, что язык сломаешь, подумал Сэм.
   Затем Сэм перевел взгляд на узкую полосу земли между скалистым отрогом холма и рекой. По этой полосе должны были идти Синебородые. Это был поросший травой берег, теперь покрытый снегом толщиной в 5-6 дюймов. Были тут и более глубокие сугробы, которые представляли серьезную опасность