лядел отлично. Но треск продолжался и продолжался, как вдруг... Да, я вижу, ты уже понял. Лед подо мной просто исчез, расступился...
   - Так ты чувствуешь себя и сейчас?
   - Да. Я стою на тонком льду. Я слышу, как он трещит. Вопрос лишь в том, когда он начнет ломаться.
   - Сэр! - рявкнул один из солдат, сидевших сзади. - Когда же нам можно будет начать стрелять по этим гадам, сэр?
   - Очень скоро, капрал, - ответил Сэм. - Сейчас мы разойдемся веером. А потом наподдадим им.
   - Сэр? Потом мы что?
   - Мы развернемся. Точка. Ракеты начнут палить по неприятелю. Затем, когда мы сделаем разворот, стрелять начнут солдаты.
   - Сэр!
   Сэм понял, что гаркнутое словечко "сэр", надо думать, является военным эквивалентом "о'кей".
   Джад простонал:
   - Все это больше походит на хореографию, нежели на военную стратегию.
   - Согласен. Мы исполним дурацкий номер Базби Беркли на автомобиле, пока солдаты будут палить из винтовок. А затем сбегаем к амфитеатру для подзарядки.
   - Что ж, если все будет так, то мы хотя бы узнаем, работает ли план Карсвелла.
   Теперь, когда Синебородые были всего лишь в трехстах ярдах от них, надвигаясь густой аморфной массой, машины развернулись в шеренгу, встав почти борт о борт. Их скорость продолжала оставаться низкой, не более 10 миль в час. Дерн под снегом был прочен, как бетон.
   - Я верно запомнил? - спросил Сэм, и его голос прозвучал очень громко, отражая растущее нервное напряжение. - На расстоянии двухсот ярдов Ли должен запустить сирену.
   - И мы откроем огонь.
   - Потом мы остановимся, позволим автобусу выйти вперед и развернуться влево, чтобы дать бортовой залп.
   - Пока все верно, Сэм.
   Как раз в это мгновение завыла сирена. Мощная басовая нота, будто боевой клич древнего воинственного племени.
   Синебородые были все еще слишком далеко,