й - результатом макияжа.
   - Чего они там канителятся? - пробурчал водитель. - Я должен забрать в аэропорту новую партию туристов ровно в шесть.
   - Схожу узнаю. - Ли вышел из автобуса, его длинная тяжелая черная накидка волочилась за ним по земле. В честь такого зрелища водители загудели в свои клаксоны и приветственно замахали руками. Храня профессиональную улыбку (счастье еще, что свои вставные клыки он забыл вчера, уезжая из Уитби), Ли пересек улицу и направился к дверям отеля. Там Сью Ройстон, одетая в костюм Стана Лорела, энергично размахивала руками и что-то яростно кричала - скорее не горилле, а на гориллу. Девушку в костюме гориллы звали Николь Вагнер. Это была обалденная блондинка с голубыми глазами и несколькими сотнями сверкающих белых зубов.
   Естественно, у всех сопровождающих было одно заветное желание - стать актерами. Им актерство казалось одной из лучших профессий. Вы разыгрываете сценки для сорока или около того туристов, сидящих в автобусе. Лишенная свободы передвижения публика покорно замирает в ожидании. Ли встречал множество сопровождающих, которые либо сами наведывались к театральным менеджерам, либо ждали звонков от театральных агентов. Николь Вагнер, как выяснил Ли, была редчайшим исключением. Она училась в университете, и ее заветным желанием было стать барристером. <Барристер - адвокат, имеющий право представлять клиентов в Верховном Суде Великобритании.> На стоянках нередко можно было видеть, как она с бешеной скоростью пишет в своих огромных блокнотах сочинения (по пять тысяч слов в каждом) типа: "Законодательство в области гражданских правонарушений, его эволюция, кодификация и перспективы развития в будущем". Или же сидит на корточках в костюме гориллы над юридическими журналами, которые печатались мельчайшим шрифтом (так считал Ли), без картинок, с названиями статей столь же сухими, как кости