жигавшая его ненависть.
   Сэм было повернул обратно, надеясь помочь, но тут с диким ревом, похожим на гром, рядом пронеслась стена пламени, скрыв от него дерущихся.
   Теперь огонь был всюду. Жар стоял такой, что снег таял мгновенно, буквально за секунды обнажая черную землю. Из стволов текли потоки сока. Потом стволы вспыхивали, и вскоре весь лес превратился в собрание гигантских пылающих факелов.
   Сэм отступал, пока жара не стала невыносимой. Тогда он переменил направление бега. Все равно пожар всюду. Кровь, пропитавшая рубашку, стала дымиться. Кожа зудела, глаза слезились. Искры падали на волосы, на одежду.
   Стряхивая их здоровой рукой, Сэм теперь бежал в сторону выхода из ущелья.
   Впереди был бугор, достигавший Сэму до плеча. Он взбежал на этот холмик, желая оглядеться и определить, куда же бежать дальше.
   Он увидел, что окружен морем огня.
   Сэм зажмурился. Пожар слепил ему глаза. С трудом его взгляд проник за горящий кустарник туда, где находился выход из ущелья - всего в сотне шагов от него.
   Пышущий жар отогнал защитников Кастертона назад, но они все еще держали строй, загораживая дорогу Синебородым.
   Теперь Сэм увидел и тех. Не желая гореть в ущелье или быть убитыми солдатами, Синебородые бежали к Вратам Времени.
   Какие-то секунды Сэм глядел, как время выносит их из мира 1865 года в неведомые глубины темпоральных потоков.
   Итак, все кончилось. Последние выжившие Синебородые ныряли во Врата, пытаясь руками загасить пылающие волосы.
   Сэм поднял руку, чтоб защитить от жара лицо: пламя придвинулось еще ближе.
   Даже когда огонь погаснет, Синебородые не смогут вернуться, так как Ролли сумел запечатать Врата. Возможно, навсегда. Конечно, если солдаты...
   Но нет. Все это уже не имеет для него значения. Пусть эту проблему решают другие.
   Теперь пламя было как прилив.