щно глядя, как сдвоенные огромные покрышки, черные, будто врата ада, катятся на него, въезжая прямо между его раздвинутыми ногами.
   Они раздавили ему низ живота, раскрошили кости таза и остановились на том месте, где был желудок.
   Молния боли заставила Ли скорчиться и принять сидячее положение. Лицо вжалось в горячую резину колеса. Несмотря на боль, какая-то часть мозга хладнокровно сравнивала глубокий зигзагообразный порез на покрышке с извивающимися линиями речных долин на топографических картах. Он даже удивился, увидев пятнышко белой меловой грязи, приставшее к резине.
   И в то же время он понимал, что умирает, умирает прямо здесь - на дороге.
   Медленно и безжалостно колесо продолжало крушить его желудок, почки и печень.
   Ли закричал.
   Но никто не спешил ему на помощь.
   А вот крови было много.
   Она хлынула у Ли изо рта алым потоком.
  
  Глава 7
  
  1
  
   Человек, продававший мороженое на стоянке у входа в амфитеатр в своем фургончике, раскрашенном под полосатый леденец, вернувшись домой, обнаружил в своей спальне какого-то мужчину, лежавшего на его собственной жене. Никакого сомнения в том, что происходит, не могло быть. Незнакомец зарывался в жену мороженщика так глубоко, будто был убежден в том, что если проникнет на необходимую глубину, то обнаружит в ее животе большую красную кнопку, нажав на которую, заставит все клаксоны, звонки и сирены Кастертона завыть в унисон. И вполне возможно, что на городской ратуше вспыхнет иллюминация, а жена мэра станет распевать "Все дивно в этом чудном мире" с самой верхушки башни с часами.
   Причем Сара не только не жаловалась, она еще поощряла любовника громкими восклицаниями.
   На пороге открытой двери спальни мороженщик простоял довольно долго с открытым ртом, в то время как любовники не обращали на него ни малейшего внимания. Его рука цеплялась