хонько жужжащих мух. Коробки с патронами и сигаретами. Журнал, раскрытый на середине. Всякие сладости, после которых следовало облизывать пальцы.
   Экая дивная житуха, лениво размышлял Сэм, поднося к губам бутылку виски (он только смочил губы, пить не стал - ему вовсе не хотелось расставаться со съеденной курицей, тортом и сливками). Передав бутылку Тони, он небрежно затянулся сигаретой, упиваясь греховным, бушующим в его жилах наслаждением всем происходящим.
   Больше всего его радовало чувство товарищества, связывающее его с новыми приятелями. А еще ему просто нравилось сидеть с ними вот так - ничего не делая, болтая о том о сем, прихлебывая виски, в то время как взгляд скользит по очаровательному ландшафту, занимающему дюжину или даже больше акров, где растут яблони и груши, увешанные сочными плодами. Сад был разбит на пологом склоне, незаметно спускавшемся к реке Коннектикут, сверкавшей подобно шоссе расплавленным серебром под жарким полуденным солнцем. На синем бездонном небе виднелась только одна тучка, выбрасывавшая в стороны свои черные лапы, что делало ее похожей на призрак спиральной галактики. Но солнце пока светило ярко и ровно.
   - Парни, а не попрыскает ли нас дождичком? - сказал Тони Уортц, стараясь получше имитировать тональность эдакого старика-сидящего-на-качалке-на-крылечке-собственного-домика.
   - Точно, - согласились Джулс и Сэм.
   - Тогда давайте, понимаешь, попользуемся солнышком, парни. - Тони задумчиво затянулся своей кукурузной трубкой, одновременно приглядываясь к тому, как Сэм тянется за новой сигаретой. - Уж не впервые ли ты закуриваешь сигарету, сынок? - Слово "сигареты" он произносил раздельно: "си-гар-реты".
   - Не-а, - отозвался Сэм, имитируя протяжное произношение южан. - Начал дымить, когда нашей скамеечке для ног до колена не дорос.
   - А ты не знаешь, как действует никотин,