лядно представил все ее ужасающие последствия. Потеря памяти. Затуманенное сознание. Недееспособность. Попытки получить завтрак в полночь. Дочь называешь именем матери. Слезы по ночам из-за страха перед темнотой.
   Однако Сэм в глубине души сомневался, что перед ним клинический случай болезни Альцгеймера. Старик вовсе не походил на маразматика. А если это и маразм, то какой-то инфекционный, вроде гриппа, что ли. Ведь он и сам перенес нечто похожее, когда открыл глаза в этом амфитеатре пятнадцать минут назад. И лица остальных, кто сидел там, он тоже видел.
   - Старикан явно решил, что у него крыша поехала, правда? - с удивлением, в голосе сказала Зита, глядя, как тот, прихрамывая, обходит площадку, а в глазах у него отражается полное непонимание происходящего вокруг. - Он убежден, что спятил.
   - И как я понимаю, подобное ощущение нам всем не чуждо, - ответил Сэм, чувствуя странное покалывание в ампутированных больших пальцах, в свое время оказавшихся лишними. Это ощущение приходило к нему иногда, особенно в моменты стресса или сильного волнения. Тогда нервные окончания в них вдруг начинали подавать тревожные сигналы, как крошечные электрические звонки. Проклятые руки мутанта, сказал он себе, ощущая свою неполноценность. Большие пальцы зачесались еще сильнее.
   А ведь из этой истории могла бы получиться настоящая сенсация, конечно, если им удалось бы убедить редактора новостей в ее правдивости.
   - Зита, - сказал он, чувствуя, что напряжение снова начинает возрастать. - Попробуй вспомнить то, что случилось здесь несколько минут назад. Я еще спросил тебя, что ты знаешь о путешествиях во времени.
   - Ага, помню. Но мне известен лишь один сверкающий истиной факт: оно невозможно.
   - Уверена? Но ведь мы ежедневно путешествуем во времени, разве не так?
   Она наморщила лоб.
   - Ну, разумеется. Но путешествие