, а ты подсовываешь мне свои дурацкие наркотики!
   - Это всего лишь "Валиум", Феликс, очень слабое лекарство. Вам нужно
  успокоиться.
   Кресло Монка вздрогнуло - это Клин ударил по нему ногой. Однако
  телохранитель продолжал глядеть в окно как ни в чем ни бывало.
   Голос Клина стал высоким и резким, почти визгливым.
   - Ты знаешь, что я с тобой сейчас сделаю, Кора? Ты знаешь?.. Я сейчас
  выкину тебя вон, прямо на дорогу, вон из машины! И оставлю, где придется!
  Ты этого дождешься, Кора, ты у меня дождешься... Что ты тогда будешь
  делать, а?! На кой ты мне нужна, такая...
   - Не надо, Феликс... - тихий голос девушки был полон страдания. - У
  тебя опять был ночной кошмар, ты не соображаешь, что ты сейчас говоришь.
   - Я не соображаю? Я?.. Ты думаешь, я еще стану церемониться с такой
  падалью, как ты?..
   Холлоран услышал резкий, короткий звук, как будто хлопнули в ладоши,
  а затем - слабый вскрик испуганной женщины. Он плавно остановил
  "Мерседес", свернув на обочину дороги, и обернулся лицом к Клину, небрежно
  облокотившись о спинку водительского кресла. Кора сидела, прижавшись лбом
  к оконному стеклу; слезы ручьями бежали из ее глаз, а на щеке отчетливо
  был виден красный след.
   - Клин, - спокойным, твердым тоном сказал Холлоран, - вы начинаете
  заводиться. Я не могу спокойно выполнять свои обязанности при таком шуме.
  Я прошу вас сидеть тихо, не мешая мне сосредоточиться и следить за
  обстановкой, если, конечно, вам хочется, чтобы