бы кто-нибудь случайно не прочел его мысли.
  Опомнившись, он вздрогнул и состроил вежливую мину. Затем рассмеялся
  неожиданно звучно и громко - этот смех ничем не напоминал его обычное
  нервное хихиканье.
   - Как скажете, Холлоран, - ответил Клин вежливым, приятным голосом, в
  котором прозвучало желание угодить Холлорану. - Да, как вы сами скажете.
   Холлоран повернулся обратно и взялся за руль. "Мерседес" резко
  тронулся с места и помчался дальше по извилистому проселку. И все время,
  пока они добирались до своей цели, Холлоран поглядывал в зеркало заднего
  обзора, но теперь его взгляд останавливался не на ровной полосе дороги,
  оставшейся у них за спиной, а на низкорослом человеке, который отдыхал,
  откинувшись на спинку своего сиденья, закрыв глаза.
   А Монк краем глаза следил за Холлораном со своего переднего
  пассажирского кресла.
  
  
  
   МОНК
  
   ПУТЕШЕСТВИЯ ПИЛИГРИМА
  
   Как ни верти, это было паршивое имя. Но никто из детей, с которыми он
  вместе играл, не додумался добавить две буквы в самом конце, чтобы
  получилось еще забавнее. Они звали его Гориллой. До тех пор пока ему не
  исполнилось четырнадцать лет. В четырнадцать "горилла" вырвалась из своей
  клетки.
   Тео (или Теодор Альберт, как звала его мама: "Теодор Альберт тебя
  нарекли при крещении; значит, Теодор Альберт тебя следует звать, мой
  голубчик", - приговаривала она всякий раз, разделяя на пробор его