тки
  пищи недельной давности, в которых уже копошились личинки мух. Все
  считали, что Рози Монк, которому только что исполнилось шестнадцать лет,
  этот полудегенерат (потому что он был неразговорчив и неуклюж, словно
  орангутан, - это случилось еще "до" господина Смита), шатавшийся где-то
  поблизости и столь неожиданно пропавший, был главным виновником всего
  этого бедлама. В их тупые головы никак не укладывалось, что такую здоровую
  дылду (Теодор Альберт, Горилла, успел изрядно поднакачать свои мускулы за
  последние два года, когда пришло Время "Ч") могли похитить.
   Итак, легавые снова висели у него на хвосте, взяв след через много
  лет после самого происшествия. Может быть, те "фараоны" почуяли, что между
  этим неуклюжим увальнем-гигантом и теми нераскрытыми убийствами существует
  какая-то связь? В самом деле, почему бы не взяться за него, почему бы не
  "накрыть" убийцу матери, человека, жестоко избившего своего дядюшку, и не
  прощупать, нет ли за ним каких-либо прошлых "заслуг". Они могли
  припомнить, что толстяка всюду недолюбливали.
   Побег. В Вегас. Несколько пустячных приключений по дороге;
  большинство из них сейчас уже забыто. В этом городе великолепия он сошелся
  с двумя отчаянными парнями, Слаймболом и Райвесом, в: набитые кошельки,
  шумные попойки и продажные девки по ночам, кражи со взломом днем - так они
  "трудились" до тех пор, пока не нарвались на наемных убийц - "шакалы"
  навалились на них целой стаей, разозленные тем,