сталкиваться с запоздалой реакцией "объектов": человек еще
  раз, независимо от того, хотелось ли ему этого или нет, переживал минувшие
  события; отрывки воспоминаний навязчиво вертелись у него в голове, а
  недремлющий рассудок тем временем оценивал, что могло бы произойти в
  такой-то опасный момент, если бы... Сильное нервное возбуждение в конце
  концов неминуемо сменялось апатией. Да, его клиент был поистине
  непредсказуем, но такая резкая перемена могла поразить кого угодно.
   Обедали втроем - Клин, Кора и сам Холлоран. Двое арабов прислуживали
  им. Монк был где-то в другом месте - присматривал за тем, что творится
  вокруг дома, или, что более вероятно, листал свои комиксы. Клин едва
  притронулся к пище, лежавшей на его тарелке - это были самые обычные блюда
  домашней английской кухни, а совсем не экзотические восточные кушанья,
  которые наполовину в шутку, наполовину всерьез ждал от арабов-поваров
  Холлоран. (Кайед и Даад несли караул в доме, не отлучаясь от Клина
  практически ни на минуту, в то время как Монк и Палузинский, подменяя их
  на время отдыха или домашних дел, в основном следили за окрестностями.
  Насколько мог судить об этом Холлоран, больше в поместье не было ни души.)
   За длинным, широким дубовым обеденным столом, где хватило бы места на
  две дюжины человек, напротив Холлорана сидела Кора. Девушка уже несколько
  раз пыталась вовлечь Клина и Холлорана в общую беседу, но ее попытки до
  сих пор оказывались безуспешными.