скрикнула, пытаясь отстраниться. Он провел пальцами по ее животу,
  коснувшись волос на лобке, и опустил руку ниже - внутренняя поверхность ее
  бедер была влажной и скользкой, несмотря на то, что она так упорно
  сопротивлялась его ласкам. Его губы снова прижались к ее губам. Теперь она
  уже не отвергала его, и скоро сама начала пылко отвечать на его поцелуи.
   Крепко обняв его, она услышала тихий стон, вырвавшийся из груди
  Холлорана. Ее ноги напряглись, вытянувшись по обеим сторонам его бедер, и
  она начала двигаться в такт его ритмичным, мощным толчкам, желая, чтобы он
  вошел глубже, еще глубже, и наконец, она закричала низким, прерывающимся
  голосом, трепеща и извиваясь всем телом. Ее дыхание было тяжелым, руки
  дрожали. Через несколько минут ее стоны и крики утихли, словно она
  задохнулась, и Холлоран приподнял ее за плечи, стараясь поудобнее уложить
  девушку на мягкой поверхности, но ни на минуту не прекращая двигаться
  внутри нее. Однако он не смог держать себя в узде слишком долго, и,
  зарывшись лицом в ее мягкие, влажные волосы, стал нежно покусывать ее шею,
  мочку уха и щеку, затем приник жадным ртом к тонкой коже чуть повыше
  ключицы. Она уперлась головой в диванную подушку; ее тело выгнулось,
  словно тугой лук, ее стоны стали более громкими и частыми, когда его семя
  хлынуло в нее, и перешли в долгий, протяжный вопль, звучавший в ушах
  Холлорана до тех пор, пока последние содрогания не пробежали по их
  сплетенным телам,