ровождающих Клина людей. Он заметил, что в отношении компаньонов
  Феликса к своему патрону чувствовалась не столько почтительность
  подчиненных к своему начальству, сколько жажда подражания этому странному
  человеку, характерная для верных сторонников или учеников (словно апостолы
  внимают каждому слову Учителя, подумал Холлоран).
   - Но вам нужно поспать. Ведь сейчас не ваша очередь дежурить, не
  правда ли? Мы нарочно не стали беспокоить вас, зная, как тяжело должно
  быть человеку, чьи нервы постоянно напряжены, подобно вашим.
   - Монку и Палузинскому даны жесткие инструкции предупреждать меня обо
  всем, что бы ни случилось, в любое время.
   - Вряд ли стоило прерывать ваш сон из-за такого пустяка, как ночная
  прогулка по озеру.
   - Я отдал им приказ.
   - А я его отменил.
   - Компания, которую я представляю, не может продолжать работать с
  вами при таком положении дел. Завтра я порекомендую "Ахиллесову Щиту"
  разорвать контракт или, по крайней мере, освободить меня от исполнения
  своих обязанностей. У меня есть все основания для недовольства тем, что
  здесь происходит.
   - Нет.
   Настроение Клина резко изменилось. Теперь его голос звучал резко,
  уверенно, властно:
   - Вы не должны этого делать. Вы нужны мне здесь.
   - Ваша корпорация заключала контракт с "Ахиллесовым Щитом", а не со
  мной лично. Обращайтесь в нашу компанию, если у вас возникли претензии к
  ней, или вы недовольны условиями этого договора. У "Ахиллесова