рило слабое эхо - то
  билось сердце Клина. Наконец, их сердца забились в унисон, словно их тела
  стали чем-то единым, слившись друг с другом через соприкосновение рук. И
  тут же отовсюду из темноты на них стало смотреть множество огромных слепых
  каменных глазниц - Холлоран почувствовал на себе их тяжелый взгляд, когда
  медленно, словно неохотно, открылись сомкнутые каменные веки. Они с Клином
  все шли вперед, неуклонно приближаясь к средоточию тьмы. Клин освободил
  свою кисть из сжатой ладони Холлорана; вытянув руки вперед, он разорвал
  оболочку этой темной субстанции, проделав в ней щель. Тотчас же к стуку их
  сердец, бившихся как одно, добавились громоподобные удары еще одного
  сердца, звучавшего, как удары тяжкого молота по глухой каменной глыбе.
  Ритмичные удары заполнили пустоту огромного, бесконечного пространства, и
  хотя источник этого оглушающе громкого звука находился в непроглядной
  темной пустоте перед ними, Холлорану казалось, что все пространство вокруг
  них пульсирует в такт ударам их собственных сердец. Клин шагнул вперед, в
  непроглядную, смолянисто-черную бездну; его руки дрожали, а рот был широко
  раскрыт в беззвучном экстатическом вопле. Холлоран сделал несколько шагов
  к Клину, желая понять, что кроется за тем последним покровом, который
  разорвал Клин, что вызвало у его спутника столь сильный прилив чувств. Но
  он был абсолютно слеп и беспомощен в этой темноте. Он только мог
  чувствовать непонятную угрозу, исходящую из этой темноты впереди.