е отводя взгляда.
   - Вы знаете, зачем мы здесь?
   Фраза была произнесена твердым тоном, и слабый ирландский акцент
  бесследно исчез; теперь она уже не была уверена в том, что он ей просто
  послышался.
   - Да. Я буду помогать вам.
   Матер удивленно поднял брови, глядя на Холлорана.
   Послышался слабый щелчок, и лифт остановился. Двери плавно
  раскрылись, как занавес в театре, и показалось роскошное фойе: на полу
  лежал толстый ковер насыщенного лилового цвета, гессенские стенки были
  окрашены в нежные бледно-зеленые тона. На потолке были проделаны узкие
  окна, застекленные цветными витражами, из которых лился мягкий рассеянный
  свет; в полутемных коридорах, расходившихся направо и налево от холла, на
  паркете лежали разноцветные световые пятна. Недостаток естественного света
  возмещали настенные светильники - их размещение в было тщательно
  продумано, чтобы не нарушить гармоничного стиля помещения. Широкая
  секретарская конторка, сверкающая хромом и стеклом, стояла прямо напротив
  лифта; и как только Кора, Матер и Холлоран ступили на пышный ковер,
  навстречу им из-за конторки поднялась миловидная девушка.
   - Доброе утро. Сэр Виктор готов принять вас. Прикажете подать вам чай
  или кофе?
   - Чай, будьте так любезны, - сказал Матер.
   - Какой вы предпочитаете?
   - Я оставлю выбор сорта чая на ваше усмотрение, моя дорогая, хотя
  лично я очень люблю марку "Эрл Грей".
   - Я подам "Эрл Грей". - Она перевела взгляд