должен признаться,
  все, что я слышал о нем, сильно огорчало меня, а зачастую даже пугало.
  Хотя я никогда не слышал о том, что он хладнокровно убивал направо и
  налево или прибегал к насилию, если без этого можно было обойтись, но
  молва о нем разнеслась далеко, утверждая, что он крайне беспощаден к своим
  врагам - а под врагами он, очевидно, подразумевал всех, кто был против
  платившей ему стороны.
   Матер заметил, что его рассказ отнюдь не произвел сенсации: его
  слушательница не казалась шокированной или удивленной - очевидно, все, о
  чем он рассказывал, более или менее совпадало с ее собственными догадками.
   - Несколько лет тому назад мне поручили проводить новый набор агентов
  для "Ахиллесова Щита", - продолжал он, помолчав, словно в раздумье. -
  Бывшие офицеры авиационной службы специального назначения обычно
  становились прекрасными сотрудниками, поэтому именно на них я обращал
  внимание в первую очередь. К тому времени я потерял все контакты с Лайамом
  - возможно, меня пугала столь неожиданная и резкая перемена в нем, и я
  боялся той новой маски холодной жестокости, которую он теперь носил.
  Однако внутреннее чувство подстрекало меня продолжать поиски - мне
  казалось, что я виноват в том, что позволил ему опуститься, хотя я тщетно
  пытался убедить самого себя, что делаю это всего лишь из простого
  любопытства.
   - В конце концов я обнаружил его в глухом месте - маленьком,
  неприметном селении в Ботсване,