даже пол под ногами утратил свою привычную твердость, растворяясь в этой
  жуткой тьме. И ни одного звука. Кругом полнейшая, гробовая тишина.
  Квинн-Риц беспомощно замахал руками, его пальцы сжимались, словно
  старались поймать ускользнувшие лучи света.
   - Что такое? Что вы делаете? - вскричал вице-президент.
   Но ему никто не ответил.
   Квинн-Риц был настолько растерян, что ему потребовалось усилие воли,
  чтобы сделать еще один шаг вперед. Ему чудилось, что он стоит на краю
  пугающей бездны, и стоит лишь чуть-чуть двинуться, как он полетит вниз, в
  зияющий провал... И как ему было нелегко прогнать от себя эту нелепую
  мысль! Наконец он сделал свой первый шаг в глухую, непроницаемую тьму.
  Затем отважился сделать второй. Вытянув руки с растопыренными пальцами
  вперед, словно слепой (да, в сущности, так оно и было), он осторожно шагал
  к противоположной стене комнаты. Он знал, что никаких препятствий на его
  пути быть не должно, и тем не менее он внутренне был готов к тому, что его
  руки внезапно нащупают в темноте какой-то чужеродный предмет.
   Еще шаг.
   Его дыхание было прерывистым и неровным.
   Еще шаг.
   Он не видел своих вытянутых рук, но знал, что его пальцы напряженно
  подрагивают, словно усики-антенны какого-нибудь насекомого.
   Еще шаг.
   И тут он коснулся чьего-то тела. Чьей-то обнаженной кожи.
   Ощущение было настолько неожиданным, а нервы Квинн-Рица были так
  напряжены, что он пронзительно, по-женски взвизгнул