ле чего загремели выстрелы.
   Пули звонко зацокали по стенам и булыжной мостовой; одна из них
  рикошетом ударила в ногу Юсифа, засев в мясистой части икры. Теперь оба
  страдали от огнестрельных ран, и силы у обоих стремительно убывали. Тем не
  менее они бежали вперед, задыхаясь, но ни на секунду не останавливаясь.
  Юсиф плакал от отчаянья, хромая позади своего товарища: его нога онемела и
  подворачивалась, когда ему случалось наступать на нее, однако сильной боли
  он пока еще не чувствовал.
   Наконец впереди показался выход из узкого переулка. Они выбежали на
  широкую улицу, но тут же повернули обратно, заметив еще одного мужчину в
  голубой форме, бегущего к ним. Вдоль тротуаров медленно двигались
  несколько легковых машин; увидев знаки, которые подавали им кричащие
  "gendarmes", шоферы тут же остановили автомобили, блокировав выход из
  переулка. Убегая обратно в сумрак узкой кривой улочки, Азиль и Юсиф
  мысленно проклинали себя за свою глупость. Они знали, что им не избежать
  сурового нагоняя от начальства. Старшие накажут их за необдуманные
  поступки и за риск, которому они подвергли не только себя, но и всю
  организацию. Хватая воздух раскрытыми ртами, тяжело дыша, двое друзей
  тихонько молили Аллаха о том, чтобы он простер над ними свои крылья и дал
  им невредимыми ускользнуть из западни, в которую они попали.
   Еще раз свернув за угол, они споткнулись о тела трех бездомных
  бродяг, скорчившихся на мостовой, старающихся