в резкий треск, раздавшийся почти над его самым ухом. Он
  повернул голову - ветка, которую зацепила машина, еще качалась. Едва
  заметным поворотом руля он вывел "Мерседес" на середину пустой дороги - до
  сих пор автомобиль двигался вдоль обочины.
   За последним поворотом показались железные ворота усадьбы - до них
  оставалось не более нескольких сотен метров абсолютно прямой, ровной
  дороги. Холлоран снял ногу с педали акселератора. Фары осветили узорную
  чугунную решетку, и Холлоран приглушил их свет. Он нажал на тормоз, и
  машина медленно подъехала к сторожке у ворот.
   "Мерседес" свернул в старую, неровную колею, и, несколько раз
  покачнувшись на неровной тропинке, остановился перед старым двухэтажным
  зданием. Холлоран выключил фары и заглушил мотор.
   Дом был погружен во тьму. Ни луча, ни малейшего отблеска света не
  пробивалось сквозь темные, давно не мытые оконные стекла. Холлоран
  подождал еще несколько минут, наблюдая за домом из машины - в этот ночной
  час сторожка показалась ему еще более угрюмой и мрачной, словно последние
  живые существа покинули ее много лет назад.
   Дом не подавал никаких признаков жизни. Но это отнюдь не означало,
  что внутри никого нет!
   Не включая свет в кабине "Мерседеса", Холлоран чуть нагнулся над
  передним пассажирским сидением, где стояла его черная сумка. Расстегнув ее
  застежку-"молнию", он нащупал короткоствольный автоматический пистолет,
  приподняв его всего на несколько сантиметров над