видения - точно так же, как Клин вызвал у него галлюцинации
  во время утреннего катания в лодке по озеру.
   - То, что давно прошло, но до сих пор не забыто? - шепот прервался, и
  раздался звук, похожий на сдавленный смешок. - Твои мысли вернулись из
  прошлого в настоящее. Мне интересно знать, почему?
   - Неужели Клин все еще забавляется своими дурацкими играми, навязывая
  мне видения? - произнес Холлоран. Его охватил гнев, превосходящий даже
  брезгливую неприязнь и отвращение к существу, почти утратившему
  человеческий облик.
   Старик еле заметно качнул головой:
   - Нет... Нет... Ты сам создавал эти мысленные образы... Они только
  твои. Ты сам перенесся... из них обратно, в эту комнату.
   Подернутые мутной пленкой глаза все так же безучастно, бессмысленно
  смотрели на него, а рот растянулся в подобии усмешки.
   - Расскажите мне о Клине, - в конце концов произнес Холлоран.
   Послышался долгий шипящий вздох, словно воздух с трудом выходил из
  легких Хранителя:
   - Ах-х-х-х...
   Старик повернул голову, и его неестественно огромные, вытаращенные
  глаза уставились в темный потолок.
   Холлоран ждал. Ему было не по себе от мертвой тишины. Наблюдая за
  неподвижным телом, источавшим трупный смрад, он беспокоился, не потерял ли
  сознание обессилевший больной - было ясно, что он вот-вот испустит дух. Но
  не одно только неслышное приближение смерти тревожило Холлорана. Сам дом,
  казалось, ожил: ему чудилось какое-то странное движение среди теней,