ку протекает кровь. И в ту же секунду за дверью раздалось грозное
  рычание.
   Шакал прыгнул на него, прежде чем он успел прицелиться. Он упал,
  уронив фонарь. С грязного пола поднялось целое облако пыли, когда два тела
  обрушились на старый паркет. Фонарь ударился о стену и погас, покатившись
  по полу.
   В наступившей темноте Холлоран с трудом различал очертания фигуры
  тяжелого зверя, навалившегося на него. Зубы шакала клацнули возле самого
  горла Холлорана. Он вцепился в шкуру животного, пытаясь оттолкнуть морду
  со щелкающими челюстями от своего лица. Ему пришлось выпустить из рук свой
  пистолет - одной рукой он не смог бы отразить нападение зверя. Длинные
  лапы животного были гораздо крепче и мощнее, чем они казались на первый
  взгляд; острые когти рвали одежду, больно царапая кожу. Холлоран
  почувствовал, как кровь тонкой теплой струйкой стекает по его запястью, и
  понял, что она сочится из раны зверя. Рывком приподняв навалившееся на
  него сверху тело одной рукой, он нащупал окровавленное плечо и крепко
  вцепился пальцами в рану. Шакал отпрянул с пронзительным, тоненьким
  визгом, но Холлоран не выпускал его, все сильнее нажимая на пробитое пулей
  плечо. Холлоран знал, что строение скелета собак и волков делает их менее
  уязвимыми по сравнению с человеком, и нервные узлы и болевые точки на теле
  этих животных найти нелегко. Но сильный удар по шее, чуть повыше плеч,
  оглушил зверя, и неподвижное тело распростерлось у ног Холлорана. Не теряя
  ни