йствительно столь ценный сотрудник
  Корпорации? Холлоран молча размышлял. У него возникало множество подобных
  вопросов, но он не решался задать их вслух.
   Блестящие темные стены кабины лифта отражали фигуры пассажиров, и эти
  тусклые отражения, словно привидения, двигались в мягком свете лампы,
  льющемся с потолка. Здесь царил полумрак, так что Матеру и Холлорану было
  гораздо легче представить себе, что они спускаются в какую-то глубокую
  шахту, чем то, что они поднимаются на самый верх громадного здания, почти
  в заоблачную высь.
   Лифт плавно остановился, и двери раскрылись. Перед ними был коридор,
  столь же мрачный и слабо освещенный, как кабина лифта.
   Атлетически сложенный мужчина возник перед самыми дверьми - он стоял
  в коридоре возле стены, скрестив руки на груди, словно дожидался, когда же
  они, наконец, доберутся до двадцать четвертого этажа. Заметив президента,
  он вытянулся, как по команде "смирно", не сводя глаз с сэра Виктора и его
  спутников.
   - Он готов принять нас? - спросил сэр Виктор, первым выходя из лифта,
  хотя по всем правилам вежливости полагалось пропустить вперед девушку и
  гостей "Магмы".
   Тяжеловес у стены наклонил голову: - Он ждет. - В его тоне
  чувствовалось подобострастие, а легкий акцент выдавал в нем американца.
   По его высокому росту и плотному сложению, а также по тому, насколько
  неловко сидел на нем деловой костюм, Матеру и Холлорану можно было легко
  догадаться, что перед ними один из личных телохранителей