ся ему вчера, Холлоран увидел перед
  собой большие немигающие глаза, пристально глядящие на него. Чудовищные
  глаза. Каменные глаза.
   Холлоран задержал дыхание, когда наступил очередной приступ сильной
  головной боли. Он поднял непослушную, налившуюся свинцовой тяжестью руку и
  осторожно сжал пальцами лоб и ноющий висок. Это почти не принесло ему
  облегчения. Боль не утихала. Он крепко зажмурил глаза и снова открыл их,
  оглядывая статуи. Их было не меньше тридцати. Они застыли в неподвижных
  монументальных позах всего в нескольких шагах от него, широко раскрыв
  неестественно огромные глаза. Несколько скульптур стояли рядом, словно
  собравшаяся вместе семья - мужчина, женщина и ребенок. Здесь были каменные
  изваяния самых разных размеров; некоторые достигали более двух метров в
  высоту. Куда ни кинь взгляд - отовсюду пристально смотрели эти каменные
  глаза; Холлорану казалось, что они настороженно наблюдают за каждым его
  движением.
   Среди статуй в старинном кресле с высокой спинкой сидел человек. Этот
  был из плоти и крови, ибо он шевельнулся, когда Холлоран приподнялся,
  опираясь на локоть. Сидящий в кресле откинулся назад, и теперь его фигура
  стала нечеткой бесформенной тенью, прячущейся между высоких скульптур.
   Холлоран лежал на мокром полу - грязная вода просачивалась сквозь
  трещины в каменных плитах. От этой застоявшейся воды в воздух поднимался
  легкий пар, пахнущий гнилью. Этот противный запах смешивался со
  сладковатым и душным