ым запахом тающего воска. В этом помещении горело
  множество черных свечей. Чуть колышущиеся язычки пламени немного оживляли
  сумрачную комнату.
   - Поставь его на колени, - произнес чей-то голос. Он мог бы
  принадлежать Клину, если бы не его хриплый, режущий ухо тембр, напомнивший
  Холлорану голос старого сторожа-привратника.
   Холлорана грубо схватили и встряхнули. У него сильно болела голова, а
  сознание все еще не прояснилось до конца, поэтому он даже не пытался
  сопротивляться. Чьи-то руки помогли ему подняться на колени, и Холлоран
  почувствовал, как вокруг его шеи обвилась удавка. Тугой ошейник натянулся,
  причиняя ему резкую боль, и Холлоран был вынужден вытянуть шею и застыть в
  напряженной, неестественной позе. Он попытался повернуть голову, но при
  первой слабой попытке сопротивления удавка впилась в его горло еще
  сильнее. Он ощупал руками то место, где его шея болела сильнее всего, но,
  к своему удивлению, не нашел ничего, за что можно было ухватиться.
   - Если будешь сопротивляться, проволока вопьется еще глубже, -
  предупредил его все тот же голос.
   Холлоран не видел того, кто стоял за его спиной, наклонившись над ним
  и затягивая удавку на его шее, но чувствовал острый запах пряностей,
  исходящий от его тела.
   - Юсиф настоящий маэстро гарроты, - добавил хриплый голос; теперь
  Холлоран был уверен, что это говорит Клин, что это его клиент сидит на
  старинном кресле в тени высоких каменных идолов, хотя его голос