ого в науке выживания, подсказывал ему,
  что для Клина бьет роковой час, и ему отнюдь не хотелось в этот час
  оказаться где-нибудь поблизости, чтобы - не дай Бог - не разделить
  жестокую участь "своего пана".
   Когда он добрался до центра двора, где стоял разрушенный фонтан, ему
  в лицо брызнуло какой-то жгучей жидкостью.
   Он остановился, чтобы протереть больное место рукой, и почувствовал
  на щеке что-то липкое и влажное, въедающееся в кожу. Близоруко вглядываясь
  во тьму, он заметил, как из переполненного бассейна разрушенного фонтана,
  извиваясь, выползают какие-то ужасные твари, как эти странные существа
  извиваются среди каменных фигур.
   Палузинский коротко, приглушенно вскрикнул и попятился назад.
  "Дрянь!" Этого не может быть! Сломанный, заросший лишайником фонтан давно
  пересох, его не прочищали уже бог знает сколько лет! Тем не менее он
  отчетливо видел, как плещется вода в потрескавшейся каменной ограде
  бассейна, и в ней пляшут веселые искорки - это были отражения освещенных
  окон особняка, выходящих во внутренний двор. Вода тонкими струйками текла
  по каменным желобам, и их попорченные временем резные каменные узоры
  напоминали сказочных зверей, высунувших головы из темных ручьев.
  Непонятные, жуткие существа в бассейне "двигались", свивались вместе,
  словно хотели построить живой мостик, чтобы перебраться через каменную
  ограду; их становилось все больше и больше - казалось, сами камни
  порождают этих