толкают... Так же, как потерялся бы и в самом городе, если
  бы ушел отсюда, из вокзальной суеты и толкотни... А сейчас он думает, что
  наконец-то нашел себе товарища. Если только он понял... Ха, если только он
  услышал...
   "Ajel", живее, Юсиф, не задерживайся на открытом месте, где сотни
  проезжих и прохожих все движутся и движутся сами не зная, куда. Вон
  полицейский патруль - они ищут таких бродяг, как этот мальчишка.
   Сейчас он размышляет. Он колеблется. Может быть, оливковый цвет кожи,
  на который подросток поглядывает с опаской и недоверием, играет здесь
  особую роль. Английское воспитание, как же! Нетерпимость, привитая с
  раннего детства.
   Говори потише, поспокойнее, Юсиф, мой друг. Он оглядывается, делает
  рассеянные жесты, бросает беглый взгляд на расписание отходящих и
  прибывающих поездов - табло, висящее высоко на стене, на котором
  ежеминутно появляются новые названия... Всего лишь несколько неосторожных
  жестов, но Юсиф уже настороженно оглядывается: не заметил ли кто-нибудь их
  с мальчиком? Нет-нет, не волнуйся, Юсиф, мой друг, я, Азиль, слежу за
  тобой. Я единственный, кто провожает взглядом вас обоих. Кроме того,
  мужчина, разговаривающий с заморышем, - не такая уж редкая сцена в
  вокзальной толчее. Окружающие не обращают на это никакого внимания. У
  каждого свои дела, своя личная жизнь.
   Успокаивающим жестом он кладет руку на плечо маленького бродяги, и
  мальчик не уклоняется от этого прикосновения.