наче никто не мог
  воспользоваться лифтом Феликса: код, приводящий в движение единственный в
  здании лифт, который шел без пересадок с цокольного этажа на самый верх
  здания, был известен только ему и Клину. Даже эта цыпочка, Кора, ждала
  внизу до тех пор, пока кто-нибудь не спускался за ней.
   Монк почувствовал, как у него застучало сердце: моментально
  представив себе Кору обнаженной, он смутился и постарался изгнать этот
  образ из своих мыслей.
   Лифт остановился. Он проехал никак не более четырех этажей.
  Несомненно, кто-то из кабинета сэра Виктора. Кто бы это мог быть?
   Монк услышал, как открылась дверь.
   Но из кабины никто не выходил.
   Телохранитель отложил в сторону свой журнал и поднялся со своего
  стула в самом конце коридора. Он расстегнул кобуру на своем плече, но с
  места не двинулся, ожидая дальнейшего развития событий.
   Не хотелось бы поднимать возню к ночи, подумал он, да, видно,
  придется. Сегодня и так выдался плохой день. Утром его подставили,
  проучили, как щенка, обозвали ленивой тушей, и он отнюдь не собирался
  продолжать играть эту роль нынешней ночью. Если какой-то сопляк перепутал
  кнопки лифта, поднимаясь на двадцать третий этаж, то пусть только высунет
  нос из кабины - ему сразу же пересчитают зубы.
   Холл оставался пустым, но двери лифта почему-то никак не закрывались.
   Монк бесшумно крался по коридору, держась одной рукой за рукоять
  пистолета. Этот большой, неуклюжий человек