ек двигался на удивление легко и
  тихо, незаметно подбираясь к лифту. Мягкий ковер на полу заглушал его
  шаги. В коридоре царили полный мрак и тишина - в точности так, как
  нравилось Феликсу, - и только далеко впереди на полу лежало бледное пятно
  света, лившегося из бокового прохода.
   Он до сих пор не слышал тихого звука закрывающихся дверей лифта,
  словно кто-то находился внутри, нажимая на кнопку, останавливающую лифт.
   Монк вытащил свой "Смит и Вессон".
   Он остановился всего в двух шагах от прохода. Ровный прямоугольник
  света, падающего из прохода, лежал на полу; в нем не было видно ни одной
  тени.
   Он собрался с силами, готовясь к мгновенному броску вперед и затем в
  сторону, подняв руку с зажатым в ней револьвером. Но потом решил изменить
  тактику, подумав, что его огромное, массивное тело станет слишком хорошей
  мишенью на те несколько секунд, которые понадобятся, чтобы добраться до
  кабины лифта. Монк отнюдь не был дураком, готовым подставить себя под пулю
  или под удар ножа...
   Он опустился на колени, а затем встал на четвереньки и пополз вперед,
  держа пистолет почти возле самого носа; его локти и колени утопали в ворсе
  ковра. Вряд ли кому-то придет в голову, что человеческое лицо может
  появиться ниже уровня его колен, думал Монк.
   Он дополз уже до самого угла и осторожно высунул свою большую голову
  за блестящее металлическое ребро, заглядывая в кабину и одновременно
  готовясь навести зажатый в выдвинутой чуть вперед