всему этому и увидел сошедший с рельсов вагон, он
  лежал на боку и написано было: "ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА ДЖОРДЖИЯ И ЮЖНАЯ
  КАРОЛИНА", и меня осенило, я понял - на этом поезде ехал мой брат Карл, а
  поезд соскочил с рельсов и брат погиб. Вот прямо так. Потом все исчезло, а
  передо мной - этот перепуганный тупой салабон, все протягивает мне
  картошку с ножиком и говорит: "Сержант, ты в норме?" А я говорю: "Нет,
  только что в Джорджии погиб мой брат". Дозвонился я, наконец, до мамочки
  по междугородному телефону, и она рассказала мне, как это было.
   Но, видишь ли, мальчуган, я это уже знал.
   Холлоранн медленно покачал головой, отгоняя воспоминание, и сверху
  вниз заглянул в широко раскрытые глаза мальчика.
   - Но запомнить тебе малыш, надо вот что: такие штуки не всегда
  сбываются. Помню, всего четыре года назад я работал поваром в лагере для
  мальчиков на Длинном озере, в Мэне. Вот сижу я в Логанском аэропорту, жду
  посадку на свой рейс, и тут запахло апельсинами. Впервые, лет, наверное,
  за пять. Вот я и говорю себе: "Господи, что ж будет в этом ненормальном
  ночном шоу дальше?" и отправляюсь в туалет, и сажусь на унитаз, чтоб
  побыть одному. Сознания не теряю, но появляется у меня ощущение, что мой
  самолет разобьется, и делается оно все сильней и сильней. А потом
  пропадает вместе с запахом апельсинов, и делается ясно, что все кончилось.
  Я вернулся к кассам авиалиний "Дельта" и поменял свой рейс