ыли...
  ну... кошмары, а еще, сдается мне, с полдюжины раз мерещилось всякое. Нет,
  что - не скажу. Это не для такого малыша, как ты. Просто разные гадости.
  Раз это было с этими кустами, чтоб им пусто было, с теми, что на манер
  зверей подрезаны. Другой раз горничная, Делорес Викери ее звать, было у
  нее малюсенькое сияние, да сдается мне, она об этом знать не знала. Мистер
  Уллман выкинул ее с работы... знаешь, что это значит, док?
   - Да, сэр, - простодушно ответил Дэнни, - папу выкинули из школы, вот
  почему, по-моему, мы оказались в Колорадо.
   - Ну вот, Уллман выкинул ее из-за того, что она говорила, будто
  увидела в одном из номеров что-то такое... в том номере, где случилась
  нехорошая вещь. Это номер 217, и я хочу, чтобы ты пообещал мне не заходить
  в него, Дэнни. Всю зиму. Обходи его стороной.
   - Ладно, - сказал Дэнни. - Эта тетя... горничная... она попросила вас
  посмотреть?
   - Да, попросила. И кое-что скверное там было. Но... не думаю, что оно
  может навредить кому-нибудь, Дэнни. Вот я к чему клоню. Те, кто сияет,
  иногда умеют видеть то, что должно случиться и, думаю, иногда - то, что
  уже случилось. Но все это - как картинки в книжке. Ты хоть раз видел в
  книжке страшную картинку, Дэнни?
   - Да, - сказал он, вспоминая сказку о Синей Бороде и картинку, на
  которой новая жена Синей Бороды открывает дверь и видит все головы.
   - Но ты знаешь, что она не может тебе ничего сделать, так?
   - Да-а...