уквами
  радость. С дисциплиной, кстати, было покончено для всех, кроме них с
  Джеком и Дэнни.
   - Мистер Торранс, - властно позвал Уллман. - Будьте любезны,
  подойдите сюда.
   Джек пошагал к нему, кивнув Венди и Дэнни в знак того, что и им
  следует подойти.
   Клерк, который ушел было внутрь, теперь вернулся, уже в пальто.
   - Желаю хорошо провести зиму, мистер Уллман.
   - Сомневаюсь, - холодно сказал Уллман. - Двенадцатого мая, Брэддок.
  Ни днем раньше. Ни днем позже.
   - Да, сэр.
   Брэддок обошел стойку. Лицо его, соответственно положению, выражало
  достоинство и рассудительность, но, когда он полностью повернулся к
  Уллману спиной, то ухмыльнулся, как школяр. Он что-то быстро сказал двум
  девушкам, все еще ожидавшим у дверей свою машину, и вслед ему полетел
  короткий взрыв сдавленного смеха.
   Теперь Венди начала замечать, как здесь тихо. Тишина навалилась на
  отель, как тяжелое одеяло, заглушающее все, кроме слабой пульсации дня
  снаружи. С того места, где она стояла, можно было заглянуть в вылизанный
  сейчас до стерильности внутренний офис. Там было два пустых стола и два
  серых стеллажа с папками. Дальше виднелась кухня Холлоранна, без единого
  пятнышка, большие двустворчатые двери с круглыми окошечками были раскрыты
  и подперты резиновыми валиками.
   - Я подумал, что потрачу несколько лишних минут и проведу вас по
  Отелю, - сказал Уллман, и Венди подумала, что в его тоне