и
  позже.
   - Да, сэр, - сказал Уотсон и Джек ясно представил, как мысленно тот
  прибавил: "Козел хренов".
   - Хорошей вам зимы, мистер Уллман.
   - О, в этом я сомневаюсь, - высокомерно ответил тот.
   Уотсон отворил одну створку большой парадной двери, ветер взвыл
  громче и принялся трепать воротник его куртки. - Ну, ребята, поосторожней,
  - сказал он.
   Ответил Дэнни:
   - Да, сэр.
   Уотсон, чей не столь уж далекий предок владел отелем, застенчиво
  проскользнул в дверь. Она закрылась за ним, заглушив ветер. Они все вместе
  посмотрели, как Уотсон простучал поношенными черными ковбойскими сапогами
  по широким ступеням парадного крыльца. Пока он пересекал стоянку и
  забирался внутрь своего пикапа "Интернэшнл харвестер", у его ног крутились
  хрупкие желтые листья осины. Он завел машину, из заржавленной выхлопной
  трубы вылетел синий дымок. Пока машина задним ходом выезжала со стоянки,
  все молчали, словно находясь во власти заклятия. Грузовичок Уотсона исчез
  за выступом холма, а потом появился снова, маленький, на главной дороге.
  Он держал курс на запад.
   На мгновение Дэнни почувствовал, что одинок как никогда в жизни.
  
  
  
   13. ПАРАДНОЕ КРЫЛЬЦО
  
   Семейство Торрансов стояло на длинном парадном крыльце отеля
  "Оверлук", словно позируя для семейного портрета: в центре - Дэнни в
  застегнутой курточке, которая с прошлой осени стала мала и уже протиралась
  на локтях;