ть пьесу.
  Хороша пьеса или нет, поставят ли ее когда-нибудь - вопрос совсем иного
  порядка. К тому же Джека, кажется, такие проблемы не слишком заботили. В
  известном смысле он чувствовал, что камнем преткновения была сама пьеса в
  целом - колоссальный символ неудачных лет в Стовингтонской
  подготовительной; символ женитьбы, которую Джек чуть было не доконал
  подобно севшему за руль старой развалюхи рехнувшемуся мальчишке; символ
  чудовищного нападения на сына, инцидента с Джорджем Хэтфилдом на
  автостоянке - инцидента, который нельзя было по-прежнему рассматривать,
  как очередную внезапную разрушительную вспышку своего темперамента. Теперь
  Джек думал, что проблема его пьянства частично произрастала из
  неосознанного желания освободиться от Стовингтона, а ощущение, что
  деваться некуда, душило любой писательский порыв. Он бросил пить, но жажда
  свободы не уменьшилась. Отсюда - Джордж Хэтфилд. Теперь от тех дней
  осталась только пьеса на столе в их с Венди спальне, а когда он закончит
  ее и отошлет в нью-йоркское агентство Филлис, можно будет вернуться к иным
  вещам. Не к роману (Джек пока не был готов ринуться в трясину обязательств
  еще на три года) но к нескольким рассказам - несомненно. Может статься, к
  сборнику рассказов.
   Осторожно передвигаясь на четвереньках, Джек прополз вниз по скату
  крыши, миновав отчетливую границу между новой зеленой черепицей и
  участком, который