азался при нем...
   Тут, держа перед собой сжатые кулаки, в разговор вступил Джек;
  кажется, он ухмылялся. Он не был уверен в этом.
   Джордж сжал нож со словами: "Лучше не подходи!" Это было последним,
  что запомнил Джек.
   Следующее его воспоминание - мисс Стронг, учительница французского
  языка, держит его за руки и со слезами кричит:
   - Перестаньте, Джек! Перестаньте! Вы его убьете!
   Моргая, он тупо огляделся. Охотничий нож неопасно поблескивал на
  асфальте в четырех ярдах от них. Фольксваген Джека, его бедный, старый,
  видавший виды "жук", ветеран множества диких пьяных полуночных поездок,
  сидел на трех спущенных шинах. На правом крыле Джек увидел вмятину, а в
  середине вмятины кое-что еще, и было это пятно не то красной краски, не то
  крови. На мгновение он растерялся, мысли вернулись
   (Господи Исусе, Эл, мы все-таки его переехали)
   к той, другой ночи. Потом он перевел взгляд на Джорджа; на Джорджа,
  который, изумленно хлопая глазами, лежал на асфальте. Дискуссионная группа
  Джека высыпала наружу, они сгрудились у двери, уставившись на Джорджа. Из
  ранки на голове по лицу текла кровь, ранка казалась небольшой, но кровь
  текла еще и из уха - вероятно, это означало сотрясение мозга. Когда Джордж
  попытался встать, Джек, стряхнув руки мисс Стронг, направился к нему. Тот
  съежился от страха.
   Джек положил руки Джорджу на грудь и уложил его обратно.
   - Лежи, не двигайся! - сказал он. - Не пробуй