о, чтобы ужалить еще
  кого-нибудь.
   Сколько он уже сидит тут, с неприятным удивлением глядя на эту дыру,
  выговаривая себе за прошлые грехи? Он посмотрел на часы. Почти полчаса.
   Джек спустился к краю крыши, перекинул ногу вниз и прямо под навесом
  нащупал верхнюю ступеньку лестницы. Он пойдет в сарай, где высоко на
  полке, чтоб не достал Дэнни, хранится дымовая шашка. Он возьмет ее,
  вернется наверх, и тогда придет их черед удивляться. Джек искренне верил в
  это. Тебя могут ужалить - и ты можешь ужалить в ответ. Через два часа
  гнездо станет жеваной бумагой, и Дэнни, если захочет, сможет забрать его к
  себе в комнату - когда Джек был совсем маленьким, у него было такое
  гнездо, от которого всегда слабо пахло дымком и бензином. Дэнни сможет
  повесить его прямо над изголовьем. Ничего страшного не случится.
   Мне становится лучше.
   В полуденной тишине слова Джека прозвучали уверенно, и звук
  собственного голоса успокоил его, хоть он и не собирался говорить это
  вслух. Ему действительно становилось лучше. Существовала возможность
  постепенно перейти от пассивности к активным действиям и заново оценить
  то, что однажды чуть не лишило Джека рассудка, как нечто нейтральное,
  представляющее лишь академический интерес, да и то при случае. Если место,
  где это можно было сделать, существовало - несомненно, оно было здесь.
   Он спустился по лестнице за дымовой шашкой. Они заплатят. Заплатят
  ему