опустил
  загадочное явление на землю и, когда выпрямился, взглянул на прибитый к
  дверям термометр. Ртуть стояла ровно на двадцати пяти. К утру холод их
  убьет. Он вернулся внутрь и решительно захлопнул дверь. Немного подумав,
  он еще и запер ее.
   Проходя обратно через кухню, Джек выключил свет. В темноте он на
  минутку задержался, раздумывая - хотелось глотнуть чего-нибудь покрепче.
  Ему вдруг показалось, что отель полон сотен приглушенных звуков:
  потрескивания, постанывания, потаенных вздохов ветра под карнизами, где,
  подобно смертоносным плодам, могут висеть другие гнезда.
   Вернулись.
   И вдруг Джек обнаружил, что "Оверлук" нравится ему уже не так сильно,
  как будто сына покусали не осы; не осы, чудом выжившие после дымовой
  шашки, а сам отель.
   Последней мыслью Джека перед тем, как он поднялся наверх, к жене и
  сыну, было:
   (отныне ты будешь держать себя в руках, что бы ни происходило)
   Мысль была твердой, решительной и уверенной.
   Шагая к ним по коридору, он обтер губы тыльной стороной руки.
  
  
  
   17. У ВРАЧА
  
   Раздетый до трусиков, Дэнни Торранс лежал на кушетке и казался очень
  маленьким. Он снизу вверх смотрел на доктора ("зови меня просто Билл"),
  который подкатывал большую черную машину. Чтоб получше рассмотреть ее,
  Дэнни закатил глаза.
   - Не пугайся, малыш, - сказал Билл Эдмондс. - Это
  электроэнцефалограф, он больно