учаясь. - Если б помнил, я бы сказал.
  Как будто оно такое плохое, что я не помню потому, что просто не хочу
  помнить! Я, когда просыпаюсь, могу вспомнить только ТРЕМС и все.
   - Тремс?
   - Да.
   - И что же это такое, Дэнни?
   - Не знаю.
   - Дэнни?
   - Да, сэр.
   - Ты можешь заставить Тони придти сейчас?
   - Не знаю. Он приходит не всегда. Не знаю, хочется ли мне, чтобы он
  вообще теперь приходил.
   - Попробуй, Дэнни. Я буду тут.
   Дэнни посмотрел на Эдмондса с сомнением. Эдмондс ободряюще кивнул.
   Дэнни длинно вздохнул и наклонил голову.
   - Но я не знаю, получится или нет. Раньше я никогда так не делал,
  если кто-то смотрел. И потом, Тони приходит не всегда.
   - Не придет, так не придет, - сказал Эдмондс. - Я просто хочу, чтоб
  ты попытался.
   - Ладно.
   Опустив неподвижный взгляд на медленно покачивающиеся кроссовки
  Эдмондса, Дэнни метнул свое сознание наружу, к маме и папе. Они были
  где-то здесь... если уж на то пошло - прямо за той стеной, где картина. В
  приемной, куда они зашли сначала. Сидят рядышком, но не разговаривают.
  Листают журналы, волнуются. За него.
   Хмуря брови, он сосредоточился сильнее, пытаясь ощутить и понять
  мамины мысли. Если ее не было в комнате рядом с ним, это всегда давалось
  труднее. Потом он начал улавливать. Мама думала о сестре. О своей сестре.
  Сестра умерла. Мама думала, что из-за этого, главным образом, ее мама и
  превратилась