рушительной силой поднимаясь вверх по желобу, но ключевое
  слово - подумал Джек, - РАЗРУШИТЕЛЬНАЯ, а не ЖЕЛОБ: сунь туда руку и через
  три секунды получится жаркое.
   ВЫШЛИ ИЗ СЕБЯ.
   (Дэнни, с тобой все в порядке?)
   Топка занимала всю комнату, она была куда больше и старее, чем Джеку
  приходилось видеть.
   - Горелка работает бесперебойно, - сообщил Уотсон. - Там, внутри,
  датчик замеряет температуру. Если она падает ниже определенного уровня,
  система включает звонок у вас в квартире. Котел за стенкой, с той стороны.
  Пошли, провожу. - Он захлопнул решетку и, обойдя массивную железную топку
  сзади, провел Джека к другой двери. Железо излучало жар, от которого не
  хотелось двигаться, и Джек почему-то подумал о большой сонной кошке.
  Уотсон звенел ключами и насвистывал.
   ВЫШЛИ ИЗ...
   (Когда он вернулся к себе в кабинет и увидел, как Дэнни стоит там в
  одних трусиках и улыбается, рассудок Джека медленно застлало красное
  облако ярости. Изнутри, с его точки зрения, все представлялось долгим, но
  не заняло, должно быть, и минуты. Так кажутся долгими некоторые сны -
  плохие сны. Казалось, пока Джека не было, Дэнни разворошил в кабинете все
  ящики, раскрыл все дверцы. Стенной шкаф, полки, вращающийся стеллаж для
  книг. Все ящики стола, как один, зияли, вытащенные до упора. Его рукопись,
  трехактная пьеса, которую он медленно разрабатывал из написанного семь лет
  назад, еще в его бытность студентом, рассказика,