в старых скандалах.
   - В каких скандалах?
   Уотсон пожал плечами.
   - В каждом крупном отеле бывают скандалы, - сказал он. - И привидения
  в каждом крупном отеле имеются. Почему? Ну, черт возьми, люди приезжают,
  уезжают... Нет-нет, кто-нибудь и даст дуба в номере - сердечный приступ
  или удар, или еще что. Отели битком набиты суевериями. Никаких тринадцатых
  этажей и тринадцатых номеров, никаких зеркал на входной двери с изнанки и
  прочее. Да что там, только в прошлом июле одна дамочка померла тут, у нас.
  Пришлось Уллману этим заняться и, будьте уверены, он справился. За это-то
  ему и платят двадцать две штуки в сезон и, хоть я терпеть не могу этого
  поганца, надо признать, он свое отрабатывает. Кое-кто приезжает просто
  проблеваться и нанимает парня, вроде Уллмана, убирать за собой. Так и тут.
  Взять эту бабу - мне ровесница, как отдай, мать ее так! - патлы крашенные
  докрасна, что твой фонарь над борделем, титьки висят до пупа, потому как
  никакого лифчика у нее нету, вены на ногах сплошняком, здоровенные, ни
  дать ни взять карта из атласа дорог, брюлики и на шее, и на руках, и в
  ушах болтаются. И притащила она с собой парнишку лет семнадцати, никак не
  больше, оброс до жопы, а ширинка выпирает, как будто он туда комиксов
  напихал. Ну, пробыли они тут неделю, может, дней десять, и каждый день
  одна и та же разминка: она с пяти до семи в баре "Колорадо" сосет сладкий
  джин с водой и мускатом, да так, будто его завтра