фольксвагене, включил радио и, словно
  чтобы охранить предрассветный дом, какая-то группа снова и снова принялась
  повторять нараспев:
   БУДЬ, ЧТО БУДЕТ, ТАК И СДЕЛАЙ... ТЕБЕ ЖЕ ОХОТА... БУДЬ, ЧТО БУДЕТ,
  ТАК И СДЕЛАЙ. ТЕБЕ ЖЕ ОХОТА...
   Неважно, громко ли прозвучал пронзительный визг шин и удар. Стоило
  зажмуриться - и Джек видел то единственное смятое колесо, поломанные спицы
  торчали в небо.
   Когда он вошел в дом, Венди спала на диване. Он заглянул в комнату к
  Дэнни, Дэнни лежал на спине в своей кроватке, погруженный в глубокий сон,
  рука все еще покоилась в гипсе. В просачивающемся с улицы мягком свете
  фонарей Джеку были видны темные строчки на известковой белизне - там, где
  на гипсе расписались врачи и сестры педиатрии.
   ЭТО НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ. ОН УПАЛ С ЛЕСТНИЦЫ.
   (ах ты грязный лжец)
   ЭТО НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ. Я ВЫШЕЛ ИЗ СЕБЯ.
   (ты, пьяница, мать твою, кому ты нужен, видно когда-то Господь
  высморкал из носа соплю - так это был ты)
   ПОСЛУШАЙТЕ, ЭЙ, НУ ЛАДНО, ПОЖАЛУЙСТА, ПРОСТО НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ.
   Но перед глазами встал прыгающий в руках фонарь - и последняя мольба
  улетела прочь. Они тогда рыскали в высохших к концу ноября сорняках,
  искали распростертое тело, которое, по всем канонам, должно было там
  оказаться, и ждали полицию. Неважно, что за рулем был Эл. Бывали и другие
  вечера, когда машину вел Джек.
   Он натянул на Дэнни одеяло, прошел в спальню и с верхней полки шкафа
  снял