том, за те два месяца, что она
  перепечатывала неудавшийся роман, плата взлетела до шестидесяти. Они
  купили свою первую машину, пятилетний "бьюик" с детским сиденьем в
  середине. Расторопные, смышленые, легкие на подъем молодые супруги. Из-за
  Дэнни между Венди и матерью наступило вынужденное перемирие - напряженное,
  не слишком-то веселое, но все-таки перемирие. Когда она возила Дэнни к
  матери, то Джека с собой не брала. И не рассказывала ему, что мать,
  хмурясь, каждый раз перепеленывала Дэнни наново и всегда умела найти у
  него на попке или в промежности первое свидетельство обвинения - пятнышко
  сыпи. Мать никогда ничего не говорила прямо и все-таки до Венди дошло:
  примирение уже стоит ей ощущения, что она, Венди, плохая мать и, может
  быть, эту цену ей придется выплачивать всю жизнь. Мать всегда находила,
  чем ее достать.
   Днем Венди сидела дома, хозяйничала, кормила Дэнни из бутылочки в
  омытой солнцем кухне четырехкомнатной квартиры на третьем этаже, слушая
  пластинки на портативном, работающем от батареек, стереопроигрывателе,
  который купила еще будучи студенткой. Джек приходил домой в три (или в
  два, если считал, что последний урок можно сократить) и, пока Дэнни спал,
  уводил ее в спальню, страхи насчет того, что она плохая мать, стирались.
   По вечерам, пока Венди печатала, Джек писал и занимался своими
  заданиями. В те дни, бывало, появившись из спальни, где стояла машинка,
  она