пижамной курточкой и кожей наросла
  более тесно прилегающая фуфайка пота.
   - Тони? - прошептал он. - Ты тут?
   Ответа не было.
   Он выскользнул из кровати, тихонько прошлепал через комнату к окну и
  выглянул на Арапаго-стрит, сейчас оцепеневшую и тихую. Было два часа ночи.
  Снаружи ничего не оказалось - лишь пустынные тротуары, на которых
  холмиками лежали опавшие листья, припаркованные машины да длинношеий
  фонарь на углу, напротив бензоколонки Клиффа Брайса. Из-за колпачка на
  верхушке и неподвижного остова фонарь был похож на чудовище из
  фантастического шоу.
   Он оглядел всю улицу, напрягая глаза, чтобы заметить неясный, манящий
  к себе силуэт Тони, но там никого не было.
   В кронах деревьев вздыхал ветер, а по пустынным тротуарам и вокруг
  колес оставленных на ночь автомобилей шелестели опавшие листья. Звук был
  очень тихим, исполненным скорби, и мальчик подумал, что, может статься, он
  - единственный в Боулдере настолько вырвался из сна, чтобы слышать его. По
  крайней мере, единственный человек. Невозможно было узнать, что еще может
  оказаться там, в ночи; что может красться по тени, подгоняемое голодом,
  приглядываясь и нюхая ветер.
   Я ДО ТЕБЯ ДОБЕРУСЬ! Я ДО ТЕБЯ ДОБЕРУСЬ!
   - Тони? - снова прошептал он, но без особой надежды.
   Ответом был только ветер, на сей раз он налетел куда резче, осыпав
  покатую крышу под окном Дэнни листьями. Несколько листочков,
  соскользнувших