болтов. И наконец решетка поддалась.
   - Ради Бога, скорее! - завопил Палмер, когда слизни нашли дыру в его костюме, оставленную осколком стекла, и полезли в нее, вцепившись в живое мясо. - Брэди! - кричал Палмер, но инспектор ничем не мог ему помочь.
   Он продолжал трясти решетку под крики боли своего спутника. В этом небольшом пространстве крики оглушали, и Брэди хотелось самому кричать во все горло.
   Кровь горячо потекла по ноге Палмера. Ему удалось оторвать от себя одного слизня. Но голова чудовища осталась в ране. Палмер отбросил лишь окровавленное туловище. И теперь, привлеченные запахом крови, все больше и больше тварей наползали на Палмера, напивались свежей кровью, залезали внутрь костюма, вгрызались в мускулы, добрались до гениталий. Палмер начал извиваться, когда два слизня добрались до его скротума. Непереносимая боль пронзала все тело. Чудовища ели его живьем.
   Брэди тоже начал кричать в ужасе от того, что решетка никак не отходила, и от того, что крики Палмера у него за спиной слабели.
   А Палмер уже был проеден насквозь. Кровь залила его лицо, попала в маску, в кислородную трубку.
   Через минуту он был мертв.
   Брэди удалось оторвать решетку, и он оказался в другой трубе. Теперь надо перетащить туда Палмера. Но было уже слишком поздно. Палмер не подавал признаков жизни. Слизни переползали через него и двигались дальше, к Брэди.
   Чувствуя, что кислород на исходе, инспектор полз туда, где наверху был Фоли со своей канистрой.
   Фоли еще раз попытался сдвинуть с места крышку люка, но безуспешно. И тут ему на глаза попался обломок доски, валяющейся на обочине. Фоли обрадовался - обломок был довольно крепким. Вставив его в железную петлю на крышке, молодой ученый изо всех сил налег на обломок. Крышка не двигалась. Фоли навалился всем весом, и дерево треснуло.
   Отбросив лопнувший обломок в сторону, Фоли лихорадочно соображал, что же ему предпринять