зить свой длинный острый зуб сквозь толстую ткань в живое тело, но тут Палмер внезапно с силой топнул сапогом по ступеньке, и слизень оторвался и полетел вниз, в поток грязи.
   Палмер услышал какой-то всплеск и подумал, что уронил что-то из своего рабочего мешка. Он на всякий случай посветил вниз фонарем, но ничего не увидел. Убедившись, что все его инструменты при нем, он продолжил подъем.
   Слизень исчез.
  
  Глава 9
  
   Жара висела над Мертоном, как тяжелое, гнетущее облако. К полудню, когда солнце достигло зенита, липкая жара сделалась невыносимой.
   Кэролл Уилсон, сбросив все одежды, стояла перед огромным зеркалом обнаженная и внимательно изучала свое отражение, которое тоже как бы изучало ее. Она выглядела уставшей, верхние веки опустились, казалось, что жара иссушила все ее жизненные силы. Капли пота, образовывавшиеся на верхней губе, медленно стекали вниз, и она слизывала их кончиком языка, чувствуя привкус соли. Другая струйка пота, образовываясь под горлом, скатывалась в ложбинку между ее прекрасными упругими грудями и текла дальше по ее плоскому животу. Указательным пальцем правой руки Кэролл проводила по этой струйке и дальше, по мягким завиткам светлого треугольника внизу живота. Ее соски затвердели от прикосновения пальца к клитору. И Кэролл не переставала наблюдать за выражением своего лица в зеркале. Раздвинув губы, она произнесла только одно слово "Тони".
   Сразу палец перестал двигаться и выражение удовольствия сменилось на гнев.
   - Чертов ублюдок, - сказала она.
   Прошло уже четыре года, а она все еще не могла его забыть. Тряхнув головой, чтобы избавиться от видения, она подошла к постели, где валялись ее старые джинсы, и начала одеваться. Джинсы туго натянулись на ее стройных бедрах и ляжках, так что шов при ходьбе врезался в тело. Она с трудом застегнула "молнию" и надела белую блузку навыпуск. Сквозь тонкую ткань просвечивали темные соски, бюстгальтер