ся к жене.
   - Толстый у меня только зад, - сказал он и не уследил за собой - живот опять выкатился вперед. Оба добродушно расхохотались.
   - Это всегда приходит с возрастом, - заметила Ким, наблюдая, как Брэди опустился на четвереньки и начал отжиматься от пола.
   - Послушай, - сказал он, - когда тебе уже сорок, это достаточно плохо само по себе и совсем не обязательно об этом все время напоминать! - Его лицо уже приобрело от натуги цвет перезревшего помидора. Он вскочил на ноги: - Черт с ним, с жиром, тебе придется любить меня таким, каков я есть.
   - Не обижайся, я просто пошутила. - Ким улыбнулась и рукой указала ему на местечко рядом с собой. Он сел рядом с ней, любуясь ее красивой полной грудью, мягко вздымавшейся и опускавшейся при дыхании. В свои тридцать пять, Ким все еще могла гордиться своей фигурой.
   Она близоруко заморгала в ответ на его взгляд и потянулась к тумбочке, где поверх последнего романа Эрики Джонс лежали ее очки. Но Брэди остановил жену, привлек к себе и с жадностью поцеловал в губы. Потом ласково погладил ее по щекам и поцеловал в лоб. Нащупав наконец очки, она водрузила их на нос.
   - Хватит говорить о том, что тебе сорок, да и будет это еще через месяц. - Она тихо засмеялась. - И жизнь в сорок только начинается...
   - Я знаю, мне это все не перестают повторять.
   - А знаешь, я тут думала, - сказала она с хитрой улыбкой, - быть замужем за человеком на пять лет старше очень удобно.
   Майк удивленно поднял брови.
   - Ведь это означает, что пенсию мы с тобой начнем получать одновременно, - пояснила Ким.
   - Послушай, уже восьмой час. Не пора ли тебе вставать?
   Он подошел к гардеробу, выбрал галстук и рубашку и повесил их на вешалку, где висел его повседневный серый костюм-двойка.
   - Я сегодня не иду на работу, детский сад закрыли на несколько дней.
   - Почему?
   - Пришло какое-то распоряжение, - ответила Ким.